Эпиграф эпохи:

«Сбросит иго Русь моя,
Факелом блеснет во мгле
Коловрат на рукаве.
Наше пламя вольное,
как крыла весны над миром!
Наше дело правое,
так пусть в твоей душе пылает
Черно-золотисто-белое знамя…» («Лабарум»).

Как ни странно, но эта эпоха начинается в годы самого сумрачного времени для националистов за много лет. В течение 12 ноября 1982 — 9 февраля 1984 страной управляет Юрий Владимирович Андропов, считающий, что русские националисты – главные его враги. В чем, кстати, и был прав.

С 1980 г. власти начинают один за другим увольнять «национально-мыслящих» редакторов крупных СМИ и издательств. В 1981 г. Андропов откровенно говорит, что «наша главная задача сейчас — подавить «русистов»» (см. известную записку в ЦК по этому вопросу), проводятся новые аресты и суды над «не вписанными» в систему националистами.

Несмотря на это, в СССР еще с 1978 г. действует группа «Витязи» (формальный руководитель – Геннадий Павлович Сальников, реальный координатор — Эдуард Николаевич Дьяконов), которая, в том числе, готовит и проводит юбилей, посвященный 600-летию Куликовской битвы. Также продолжает существовать Молодежное творческое объединение при МГО ВООПиК (1979-1980) под руководством поэта Шилкина (но фактическим со-руководителем был также Э.Н. Дьяконов), которое собирается в колокольне бывшего Знаменского собора (основная деятельность – литературные мини-вечера).

В самом конце 1979 года возникает Общество книголюбов при Министерстве авиационной промышленности. Инициатором его создания были инженер одного из предприятий Минавиапрома Геннадий Иванович Фрыгин, ставший руководителем, и опять же сотрудник ВООПиК Э.Н. Дьяконов. Бывшие участники «Витязей» и МТО-МГО ВООПиК вливаются в его состав. Совместно с Московским отделением ВООПИиКа Общество книголюбов устраивало встречи с писателями, историками, художниками национально-патриотического направления, организовывало выезды для реставрации памятников и объектов культуры, интересовал участников и исторический туризм.

До 1982 г. его главной площадкой собраний был музей Н. Островского, в середине того же года Общество книголюбов принимает наименование Историко-литературное любительское объединение «Память» (формально Общество книголюбов фигурирует в пригласительных билетах на проводимые творческие вечера вплоть до 26 мая 1983 г.), руководителем его правления остается Г.И. Фрыгин. 25 мая 1983 г. Любительское объединение «Память» впервые упоминается в газете «Метростроевец» в анонсе одного из литературных «вечеров», который состоялся на следующий день, а также в билетах (причём эта организация упоминается там совместно с Обществом книголюбов), распространяемых до этого на этот вечер.

Почему Общество книголюбов не было уничтожено Андроповым? Возможно, что КГБ принял решение использовать данную «точку сборки» националистов для контроля и внедрения в их среду своей агентуры. Чтобы а) деятельность не выходила за рамки «литературных вечеров» б) чтобы «быть в курсе» — что гораздо легче в случае большой и заметной формации, чем в ситуации, когда существуют разрозненные подпольные группы, на выявление которых надо тратить силы и время, и которые неизвестно что могут замыслить в) оказывать через агентов влияния нужное воздействие (в данном случае, чтобы националисты не переходили к откровенным антисоветским позициям). Хотя это всего лишь предположение, но имеющее среди прочего основание в том, что как минимум двое лиц (Г.И. Фрыгин, А. Михайлин), стоявших у самых истоков «Памяти», пытались в дальнейшем (после 1985 г.) мешать ей реформироваться в политическую и антикоммунистическую организацию, участвовали в раскольнической деятельности. Но также не исключено, что просто указанная группа с собраниями, где обсуждают литературное творчество советских писателей, не воспринималась, как нечто, представляющее угрозу, КГБ посчитало, что в этом случае достаточно «держать руку на пульсе» через своих людей внедрённых туда.

Так продолжалось до 1984 года, когда в организацию вступил Дмитрий Дмитриевич Васильев (Бурцев) – адъютант и ближайший помощник-секретарь Ильи Сергеевича Глазунова, с которым связана наступающая новая эпоха национализма. Было ли это его решением, или же его попросил Глазунов (что Васильев всегда отрицал, говоря, что к тому моменту они не общались), скорее всего, никто уже никогда не узнает. 4 октября 1985 года Васильев впервые выступает на публичном собрании — «вечере» Памяти, в декабре 1985 года Васильев становится Секретарем Объединения и неформальным руководителем (официально до 31 мая 1988 года руководителем числился рабочий Иоаким Николаевич Андреев, состоявший в организации с конца 1970х, в дальнейшем прошедшей весь путь рядом с Васильевым).

Васильев берет курс на политизацию и рост Объединения – филиалы «Памяти» открываются по всей стране, одновременно изгоняя из организации лиц, заподозренных в национал-коммунистических взглядах (так из Совета «Памяти» были выведены братья Поповы) или сотрудничестве с КГБ. Он создает впервые на территории, еще управляемой коммунистами, массовое националистическое движение, первую альтернативу монопольно правящей Компартии. Аудиокассеты с речами Васильева и листовки «Памяти» расходятся по всем краям СССР. Что постепенно приводит к конфликту с партийными чиновниками и чекистами – готовится арест Васильева и с ним 200х наиболее активных участников, сделать это планировалось тихо, т.к. «Память» делала только свои первые шаги, и не была еще достаточно известной. В такой ситуации, чтобы осложнить подобную операцию правящим коммунистам — 6 мая 1987 г. «Память» под руководством Дмитрия Васильева проводит в Москве, на Манежной площади (в то время «Площадь 50-летия Октября»), первую в РСФСР, за долгое время, открытую несанкционированную манифестацию в т.ч. с политическими требованиями. В акции участвовало не менее 500 сторонников «Памяти», к которым присоединялись горожане по ходу акции. Среди лозунгов акции были: «Статус историко-патриотическому объединению «ПАМЯТЬ»! ПАМЯТЬ народа священна! Прекратить работы на Поклонной горе! Требуем восстановить Поклонную гору! Требуем встречи с М.С. Горбачевым и Б.Н. Ельциным! Долой саботажников перестройки!».

После того как таким образом «Память» стала известна по всему миру, угроза арестов отпала, но при этом в прессе началась кампания против нее — как с позиций ортодоксально-коммунистических, так и с перестроечно-либеральных.

31 мая 1988 года организация официально принимает наименование – Национально-Патриотический Фронт (НПФ) «Память», униформа – черные рубашки, была введена еще ранее, вводятся структурные подразделения с иерархией, похожие на отделения, взводы и т.п., полувоенная дисциплина. Фактически Васильев создает типичное парамилитарное ультра-правое формирование.

На фоне либерализации политики в СССР в целом – открыто провозглашаются идеи «Памяти» уже без всякой мимикрии прошлых лет, с полным отказом от национал-большевизма, а именно национал-монархизм. Чуть позже Васильев откровенно заявит, что идеологией организацией является монархо-фашизм, который он отделяет в своей пропаганде от национал-социализма. Фактически, Васильев строит «Память» на базе идеологии черносотенцев начала XX века, совмещенной с идеологией последующих эмигрантских фашистских организаций второй четверти XX века. Подчеркну, что «Память» не выступала — ни за передачу власти той или иной побочной линии Романовых, ни за коронацию Васильева, новый православный Царь должен был появиться чудесным образом после того, как Россия и её народ станут на путь национального возрождения. Новый Царь должен быть как бы посланником Высших Сил, а не просто человеком. Что, конечно же, отличало «Память» от монархистов-легитимистов, и приближало к различным религиозным группам.

Не дремало в новых условиях и 5-ое управление КГБ, через агентуру «Память» дробят и раскалывают много-много раз – используя для повода самые разные темы. Изучая ставшую известной много лет спустя информацию по этому вопросу, можно с уверенностью констатировать, что почти все «отколы» от «Памяти» были осуществлены под влиянием (через обещание различных «тепличных условий» для деятельности) или непосредственной координацией (в большинстве случаев) местных комитетов КПСС или непосредственно КГБ. Исключением может являться только самый первый из таковых – отход группы В. Емельянова в 1987 г. по религиозным мотивам.

Как сообщает (со ссылкой на Г. Урушадзе. «Выбранные места из переписки с врагами. Семь дней за кулисами власти». СПб, 1995, с.252) либеральный исследователь и писатель Владимир Прибыловский — к 1989 году относится сохранившееся в архивах ЦК КПСС упоминание о мерах против «Памяти» Васильева в отчете КГБ:

«Осуществлено мероприятие по дальнейшему углублению раскола Национально-патриотического фронта «Память» и компрометации Васильева («Вандал»)».

В открытых источниках фигурирует информация, что уже в наше время генерал-лейтенант, начальник внешней разведки СССР (1989—1991), и. о. председателя КГБ СССР (с 22 по 23 августа 1991 года) Леонид Шебаршин подтвердил, что т.н. «расколы» Памяти конца 1980х были спецмероприятиями Комитета Государственной Безопасности для уменьшения возможностей и влияния этой организации, и лично Д.Д. Васильева. Для вдумчивого человека видно, что это прямым образом коррелирует с тем, что множество «Памятей без Васильева» самого разного вида и цвета – сразу исчезли после 19 августа 1991 года. После расколов Васильеву более-менее удается восстанавливать численность организации.

Второй организацией, воплотившей «дух эпохи», стало Русское Национальное Единство, выделившееся из НПФ «Память» в конце 1990 года под руководством Александра Петровича Баркашова и Виктора Михайловича Якушева. РНЕ стало первой массовой национал-социалистической организаций.

Почему Баркашов отошел от «Памяти»? В 1993 г. в интервью журналисту «600 секунд» Ильину Баркашов рассказал, что в «Память» он вступил в 1985 г., чтобы воспользоваться ситуацией, и набрать там людей для своей будущей организации. Мы не можем точно судить о реальных причинах и мотивах Баркашова – на этот счет существуют самые разные мнения. Однако именно его организация определила вид эпохи национализма 1990х, поскольку после 1993 года «Память», после «миллиарда» расколов и отколов, начала уступать в численности и масштабах агитации РНЕ, которое заменила «Память» в статусе организации номер 1 для националистов в плане известности. Особенно после событий 1993 года, в которых принимало самое активное участие сводным отрядом из полутора сотен человек со всей страны (чуть было не ставшим для РНЕ своим «походом на Рим», интересующимся рекомендую для ознакомления книгу «РНЕ в Белом доме»). В случае успеха Верховного Совета в противостоянии с Ельциным его лидеры обещали организации Баркашова статус, аналогичный гражданской военизированной гвардии с полицейскими функциями. Баркашов являлся ближайшим помощником В.А. Ачалова (замминистра обороны СССР, и министра обороны РФ, по версии Съезда Народных Депутатов), при этом в интервью в 2013 году он заявил, что одновременно имел связи и в Кремле и в ельцинском Министерстве обороны.

После событий 3-4 октября 1993 г. на улицах Москвы (когда среди прочего, РНЕ проводило захват по поручению Президента (по версии Верховного Совета) А.В. Руцкого здания мэрии Москвы, охраняло «Белый Дом», где заседали депутаты, противники установления диктатуры Ельцина) – РНЕ оказалось в трудном положении. Организация была временно запрещена, Баркашов объявлен в розыск, затем находился под арестом, многие участники РНЕ вынуждено эмигрировали, несколько соратников были убиты. Ситуация изменилась после амнистии, которая распространялась на всех защитников Верховного Совета в феврале 1994-го. Всероссийская известность организации привела в ряды данной структуры множество новых людей со всей страны.

При этом нельзя сказать, что в дальнейшем РНЕ не испытывало давление властей. В 1995 году, лица, предположительно связанные со Службой Безопасности Президента, заставляют Баркашова извиниться перед евреями и неграми, под страхом расстрела на месте, видео распространяется среди соратников РНЕ для дискредитации организации. В 1999 году РНЕ запрещают проведение съезда в Москве, и в том же году без всяких формальных причин снимают с выборов в составе блока «Спас». В 2002 году запрещена деятельность РНЕ Омска, в 2003-м – Татарстана, 2008-ом – Рязани. Рубеж 1990 и 2000-х отмечен для соратников РНЕ многочисленными арестами, уголовным делами. Окончательное подавление этой структуры как политически действующей силы относится к следующей эпохе, когда 9 мая 2005 году СОБР атаковал участников организации, возвращавшихся с митинга, лидер московского отделения Д.Н. Маслов – осужден на несколько лет (умер после освобождения — от туберкулеза), а штаб РНЕ подвергся разгрому, в том же 2005-ом Баркашов был арестован, и 2 года провел в заключении.

Вдаваться в детали событий 1990-х не входит в цель этой статьи. Отмечу только, что, конечно, велась деятельность иных, не «парамилитарных» организаций, тех, которые занимались вопросами просвещения, или принимали участие в, как правило, вечно неудачных выборах (особенно после появления ЛДПР в парламенте), но они не смогли оставить следа в глазах и умах националистов тех лет (лишь не «парамилитарное» НРПР Н.Н. Лысенко продвинулось серьезно дальше остальных).

Завершением «парамилитарной» эпохи стал полный упадок националистического движения в стране на фоне появления в Кремле Путина — молодого президента, спекулирующего на чаяниях национально мыслящей части населения. Путин пытался снискать славу Покорителя Кавказа и победителя «еврейской олигархии». Вторая Чеченская война (по факту – второй этап одной и той же войны 1991-2021 годов) действительно была кровавой, и власть действовала без оглядки на права человека, а несколько олигархов эпохи Ельцина было «раскулачено» в рамках очередного передела крупной собственности. Однако уже через несколько лет Кремль платил дань Кавказу, регион исламизировался, и русские так и не смогли вернуться домой. Теперь даже слова «пиррова победа» не подходят для того, чтобы описать уровень фиаско тех, кто тогда поверил Кремлю, число олигархов выросло как минимум в 5 раз, и значимая их часть по-прежнему не похожа не славян.

Тем временем численность РНЕ (пережившей ряд расколов) и «Памяти» сократилась до минимума по сравнению с прошлыми годами, НРПР вообще прекратило существование (0,48% голосов на парламентских выборах оказался пределом для партии).

Как оказалось, соратники не могут ждать «похода на Рим» вечно, особенно когда к этому нет никаких предпосылок, когда никак не срабатывает «парамилитарная» стратегия, которой долгие годы придерживались и «Память» и РНЕ. «Память» и РНЕ недооценили жесткость государства, в котором им предстояло действовать. Ни ельцинская, ни тем более путинская РФия, не походили ни на Германию времён правления Гинденбурга, ни на Италию в период царствования Виктора Эммануила III-го. Стратегия создания военизированной ультраправой организации, которой умеренные власти однажды передадут власть, чтобы не допустить к власти левых и/или с целью обеспечить проведение тяжёлых реформ (будь то отказ от Версальского мира, или частичный пересмотр итогов приватизации) — оказалась несостоятельной. Выборы, – о которых так много говорили «господа демократы», также являлись недоступными для националистов – просто не допускали до участия в них, или не хватало ресурсов. Если раньше выборы были только для членов КПСС, то теперь только для того, кого правящая клика сочтёт неопасным конкурентом (здесь особенно типична история со снятием с выборов блока «Спас» в 1999 году). Для правящего режима оказалось вполне достаточно хорошо управляемого и не претендующего на что-либо, кроме небольших финансовых сумм, Жириновского.

Не увенчалась успехом и попытка Д.Д. Васильева повторить опыт И.С. Глазунова из прошлой эпохи, по влиянию на представителей правящего истеблишмента в начале и середине 1990х. Чиновники и министры, интересовавшиеся национализмом, быстро лишались своих постов, а внедренные Васильевым в госаппарат единомышленники, также быстро забывали, зачем они там оказались, и начинали думать лишь о личных интересах, не они меняли систему, а система — их.

Особенность эпохи: начало было положено ультраправой парамилитаристской «Памятью», и это отложило отпечаток на все последующие годы, очень многие организации националистов последующих лет, так или иначе «генетически» связаны с «Памятью» – включая Русское Национальное Единство Александра Петровича Баркашова и Национал-Республиканскую Партию России Николая Николаевича Лысенко, две также ключевых организаций эпохи. Серьезных исключений почти нет, таковыми можно назвать разве что Христианский Патриотический Союз Владимира Николаевича Осипова, экс-политзаключенного, экс-редактора журнала «Вече», переименованный в 1990ом в Союз Христианского Возрождения, и РОНС Игоря Владимировича Артемова, созданный к началу 1991 г. (запрещен в 2011 г.). «Память» не принимает участия в выборах, когда это было реальным (1989-1992), Васильев делает ставку на а) просветительскую деятельность б) на личные контакты с отдельными персонами в новом правящем слое, пытаясь воздействовать на умы носителей власти в первую очередь, что должно привести к уже чему-либо последующему. У «Памяти» существовало два уровня деятельности. Один – открытый, и всем видимый, просветительство среди обычных граждан, и всё, что с этим связано, и на эту деятельность был замкнут почти весь личный состав организации, и личная негласная деятельность Васильева, направленная на формирование ориентированных на него связей в высших эшелонах власти страны, о чем понятия не имели большинство участников самой организации, которую он возглавлял, за исключением единиц. Отметим, что эти годы помимо православных, так же начинают появляться языческие и светские формации националистов.

Почему для этой эпохи подходящее название «парамилитарная»? По той причине, что две основных организаций эпохи — «Память» и РНЕ были именно парамилитарными, военизированными формированиями (по военному сформированными гражданскими, готовыми к выполнению любых приказов, которых не может быть много, но которые очень фанатичны в своих убеждениях). Парамилитарные формирования всегда уступают «обычным» партиям, массовым движениям в численности в любой стране в любые времена. Для примера — РНЕ в эпоху расцвета быстро могло собрать в Москве не более 200 своих бойцов на свое важное мероприятие, даже через годы своего существования. Они делали ставку не на формирование действительно всеобщего массового движения, не на победу на каких-либо выборах (хотя и неудачно попытались попробовать себя в этой сфере спустя много лет спустя после своего образования), не на революцию снизу, а на то, чтобы повторить нечто того, что сделал Муссолини в 1922 году – когда король страны призвал его к власти, они ждали своего часа, чтобы повторить такой же, условно, «поход на Москву» по призыву действующей власти, которая будет в этом нуждаться из-за очередного системного кризиса (не для того, чтобы стать титушками или верными «роялистами», а для того, что забрать бразды правления и навести свой порядок). Но не дождались (точнее РНЕ один раз все же дождалось, но вышло неудачно). Несмотря на непосредственно близкие контакты Васильева с ближайшим не либерально-ориентированным окружением Ельцина в 1991-1993 годах (вероятно и позже), и вхождение Баркашова в фактические со-руководители вооруженных формирований Верховного Совета весной-осенью 1993 года (де-факто – подготовка, включая финансирование, шла с начала 1992 года). Да, НРПР Лысенко изначально была ориентирована на выборы (хотя и имело при себе – отдельное парамилитарное формирование, Русский национальный легион, 6 бойцов которого погибло в войнах в Приднестровье и Сербии), быстро становилась массовой, но её путь (1991-1996) был краток и печален (лидер партии арестован и осужден, хотя и сумел в единственном лице стать депутатом ГосДумы), данной партии (как и многим другим, гораздо более «серым», вечным неудачным кандидатам на выборах в ельцинскую ГосДуму), не удалось как-то выделиться, стать заметным явлением, сформировать лицо той эпохи, а последующие поколения националистов, как правило, даже и не слышали о её существовании. На местных, не крупных муниципальных выборах, в ряде регионов в 1996-1999 годах побеждали представители РОНС (запрещён в РФ), но особого развития это направление так и не смогло получить, наличие 1-2 депутатов в городском или региональном собрании не влияло на общую картину.

Очень важно понимать одну существенную деталь, которую до сих пор мало кто знает и осознает – ни «Память», ни РНЕ не были просто ребятами с окраин, которые одели форму, и маршировали в надежде, что их чудесно куда-то позовут в будущем по мановению волшебной палочки. Еще раз отмечу ряд важных деталей. Лидер «Памяти» имел непосредственное влияние на людей из истеблишмента в 1990е, общался на равных – с некоторыми министрами Ельцина, с его ближайшим окружением, с руководящими сотрудниками его администрации, с генералитетом всех силовых структур, а также с противостоящими ему депутатами Верховного Совета (когда таковые существовали). Тоже самое и Баркашов, только на порядок в меньшей и масштабной степени, и, вероятно, короткий период времени, правда с большей ставкой на «милитаризованность», и с неизвестной искренностью своих намерений, однако в любом случае — на уровне, недоступному любому условному «с улицы» Иванову-Сухаревскому. Поэтому стратегия (включающая два основных элемента – попытка воздействовать на власть через личные связи и «парамилитарность») и «Памяти» и РНЕ имела определенные основания, это не было пустым карго-культом с националистов 60-летней давности. Первая часть стратегии «воздействие на носителей власти для их обращения в свою веру» — абсолютно полностью повторяла стратегию наиболее далеко продвинувшегося в своих целях И.С. Глазунова, который именно на это и делал ставку в прошлом (в 60 и 70 годы XX века). Это все не очень удивительно, если вспомнить, что Васильев был ближайшим помощником Глазунова, а Баркашов был одним из командиров высшего звена организации Васильева.

Отмечу также специальную идеологическую особенность этого времени, да и предыдущей эпохи тоже. Д.Д. Васильев, лидер «Памяти» писал перед своей кончиной про Российскую Федерацию, что «хоть плохонькое, но какое-никакое российское государство существует», или А.П. Баркашов всегда употреблял выражения «наша армия», «наши спецслужбы», «наше государство». Это то, о чем писал еще Борис Алексеевич Смысловский-Хольмстон, критикуя НТС (не важно – надуманно или нет), что употребляя выражения «наша армия, «наше государство» в адрес СССР – это люди, фактически ассоциируют себя с ним, что крайне недопустимо, для тех, кто ведет борьбу за освобождение России. О похожем писал Иван Александрович Ильин, о недопустимости ставить знак равенства между национальной Россией и СССР.

В указанные эпохи, фактически полвека, 1956-2002 – многие русские националисты внутри СССР, РФ, являясь даже самыми ярыми антикоммунистами и борцами с системой (но выросшими в ней, будучи неосознанными даже носителями определенных воззрений), путали интересы русских людей и антирусского режима, и, исходя их этого, могли поддержать те или иные шаги государства, направленные на его усиление (и, как следствие, усиления антирусского гнёта). К сожалению, это справедливо в отношении многих соратников командирского состава «Памяти», и РНЕ, в наиболее гротескном виде это проявилось в деятельности и отчасти идеологии НБП Лимонова (позже «Другой России» (запрещено в РФ) Лимонова).

Националистам вышеуказанных двух эпох было трудно, почти невозможно, воспринять мысль, что СССР или РФ – не просто большая Россия, не просто такое вот наше русское государство, но с кучкой дурных чиновников (или недостаточно прорусской идеологией). Что проблема глубже, что в принципе существующая с 25 октября 1917 года по сей день государственность как таковая, — чужая и враждебная для русских, хотя и наполнена ими, как Цинский (Маньчжурский) Китай был наполнен китайскими чиновниками и китайцами в армии, как госаппарат Османской империи был наполнен греками, а армия — славянами. СССР и РФ – не «плохенькие» этнические государства (как большинство государств в мире), а государства-паразиты (по Гумилеву – «химеры»), которые по факту ведут колониальную политику по отношению к коренному населению. Что речь должна идти не просто о смене власти, не важно – эволюционным или революционным путем (в соответствии с УК РФ вынуждены вам напомнить, что здесь и далее речь идёт о мирных процессах — ред.), а, фактически, о национально-освободительной борьбе за создание, переучреждение своего государства с полной заменой государственных институтов. В антинародных решениях правительств этих государств – нет ошибок, просто «элита» государства (в СССР – верхушка компартии и КГБ, в РФ – интернациональная связка чекистов и криминала) не исходит из интересов коренного населения в принципе, изначально. Отсюда ВСЁ, и этим объясняется ВСЁ. И хотя мимикрия, что СССР, что РФ, «под Россию» — сознательна и основательна, иногда правда прорывается наружу достаточно откровенно. В 2000е годы при рассмотрении закона «о репатриации русских в РФ» в ГосДуме полпред Президента РФ прямо заявил депутатам, что подобное невозможно по этническому принципу (как это принято в Греции, Германии, Украине, Израиле, и многих других странах мира), поскольку РФ – не является в принципе русским государством, и он был полностью прав. Возможна ли была трансформация СССР, о чем писал Солженицын, или РФ, в Россию (русское национальное государство или просто не враждебную к русским страну) – вопрос другой и не простой, об этом не здесь. Понимание реального, гораздо более страшного положения вещей, ко многим националистам начало приходить только в последующую, народническую эпоху, и то, не сразу, а лишь к ее середине, и то, лишь к основе националистов, а на периферии движения – это, по-прежнему, сложная и непонятная мысль.

Наиболее яркие фигуры эпохи:

Дмитрий Дмитриев Васильев (Национально-Патриотический Фронт «Память»), Александр Петрович Баркашов (Русское Национальное Единство/РНЕ), Николай Николаевич Лысенко («Память», Национально-республиканская партия России/НРПР), Николай Александрович Павлов (Российский Общенародный Союз, НРПР)*, Николай Алексеевич Детков («Память»), Николай Александрович Ширяев («Память»), Юрий Олегович Миролюбов («Память»), Сергей Витальевич Туманов («Память»), Вячеслав Михайлович Клыков (скульптор, «Память»)*, Александр Гельевич Дугин (кружок Головина, «Память», НБП), Игорь Владимирович Тальков (певец, связан с НПФ «Память»), Виктор Васильевич Антонов («Память», НРПР, Всероссийская партия монархического центра/ВПМЦ), Российский Имперский Союз-Орден/РИС-О), Юрий Федорович Антонов (Российская национальная партия, ВПМЦ), Виктор Михайлович Якушев («Память», РНЕ, Национал-Социальный Союз), Николай Николаевич Лукьянов (Всероссийский монархический центр, РИС-О), Николай Николаевич Браун (РИС-О)*, Виктор Иванович Корчагин (Русская партия/РП), Владимир Цикарев (РП), Владимир Иванович Милосердов (РП), Александр Николаевич Стерлигов (Русский Национальный Собор), Юрий Александрович Беляев (Национал-социальная партия, НРПР, Партия Свободы)*, Станислав Анатольевич Карпов (Славянский собор России), Бабурин Сергей Николаевич (Русский Общенародный Союз/РОС)*, Александр Робертович Штильмарк («Память», «Черная сотня»), Илья Викторович Лазаренко (Фронт Национал-Революционного Действия/ФНРД), Партия Национальный Фронт), Алексей Алексеевич Широпаев (ФНРД), Александр Никитич Севастьянов (Национально-Державная Партия России), Борис Сергеевич Миронов (Национально-Державная Партия России), Александр Кузьмич Иванов-Сухаревский (Народно-Национальная Партия/ННП), Игорь Владимирович Артемов (Русский Общенациональный Союз/РОНС)*, Александр Степанович Турик (РОНС)*, Владимир Николаевич Осипов (Союз Христианского Возрождения/СХВ — Христианско-Патриотический Союз/ХПС)*, Константин Юрьевич Душенов (ХПС)*, Александр Анатольевич Белов («Память»)*, Алексей Васильевич Вдовин («Память», Русский Национальный Союз/РНС, РНЕ), Константин Радиевич Касимовский («Память», РНС), Павел Владимирович Тулаев (писатель, переводчик), Виктор Николаевич Безверхий (Союз Венедов), Станислав Викторович Терентьев (Союз Русского Народа – Волгограда, Национально-государственная партия), Александр Сергеевич Федоров (Общество «Русь», РНЕ, Партия русских националистов), Сергей Валентинович Рогожин (РНЕ), Олег Юрьевич Кассин (РНЕ), Владимир Анатольевич Макариков (РНЕ), Алексей Иванович Веденкин (РНЕ), Александр Дмитриевич Рашицкий (РНЕ), Виктор Егорович Кривов (РНЕ), Александр Витальевич Денисов (РНЕ), Константин Иванович Никитенко (РНЕ), Николай Николаевич Бондарик (РП)*, Олег Геннадьевич Емельяненко (РНЕ), Александр Петров (председатель правления банка профсоюзов СССР), Елена Сергеевна Бехтерева («Память»), Петр Николаевич Хомяков (НРПР)*, Илья Владиславович Константинов (депутат национал-демократических убеждений, участник ряда демократических и национал-патриотических объединений), Эдуард Вениаминович Лимонов (Национал-большевистская партия/НБП – запрещена в РФ)*, Елена Шеломенцова (редактор газеты), Алексей Сенин (редактор газеты), Семен Токмаков («Русская Цель», ННП), Владимир Викторович Тимаков (РОНС).

Отдельно стоит упомянуть не политического или общественного лидера, деятеля, но повстанца, сформировавшего в РФ боевую группу из гражданских лиц, и затем пытавшегося поднять вооруженное восстание в Тверской области 10 апреля 1999 года, захватившего здания городского отдела милиции, Александра Александровича Сысоева, и повстанца в СССР (1989-1990) – Мокеева Аркадия Анатольевича, организатора и руководителя антикоммунистического «Русского освободительного движения «Белый крест», до сих пор отбывающего пожизненное заключение в «демократической России», но замечу, это были исключительные случаи за всю описываемую эпоху национализма.

Этапы эпохи: 1984-1988 – приход в «Память» Дмитрия Васильева, реформирование кружка по интересам в политическую структуру «парамилитарного» толка; 1989-1991 – борьба с «Памятью» структур КПСС и КГБ, появление первых альтернативных «Памяти» националистических организаций разных толков и цветов, становление основных структур «Памяти»; 1991-1993 гг. деятельность националистов в условиях двоевластия в стране, становление структур РНЕ – ориентация на силовую поддержку одной из ветвей власти, крайне близкие контакты лидеров националистов с новым истеблишментом страны, сторонники национализма на всех уровнях власти – от местных советов до министров Ельцина; 1994-1996 – деятельность националистов в условиях относительно мягкой диктатуры Ельцина, отряды в черной форме еще могут ходить по Красной площади, и издавать газеты сколько угодно, но надежд на политическую власть, или ее часть – все меньше. На выборах националистам также нет места, — кого-то не пускают совсем, кому-то мешают вести предвыборную борьбу, кому-то недостаёт финансирования (один Н.Н. Лысенко от НРПР представляет ярко и публично националистов в парламенте, пока не арестовали), этот этап заканчивается отстранением группы Коржакова-Барсукова-Сосковца от власти в стране, представители данной группы не чурались иногда общаться с русскими националистами, не являясь их онтологическими антагонистами, и окончательной ставкой семьи Ельцина на олигархов, как правило, не русской национальности, чьими рупорами являлись большинство СМИ и внешне «либеральные структуры»; 1996-1997 – период неопределенности, в любой момент Ельцин может передумать и сделать ставку на кого угодно, отказавшись от коллективного «Чубайса», последние годы ошибочных надежд националистов на стратегию их призвания во власть, при ее ослаблении, или выступления военных или раскола элит по образцу 1993-го, пик развития РНЕ; 1998-2001 – стала очевидной человеческая цена радикальных рыночных реформ команды Ельцина (его оппоненты выступали за более плавные реформы с более широким и корректным вовлечением народных масс в процессы приватизации части госсобственности), после 2-й попытки импичмента в парламенте, в том числе с обвинениями в геноциде русского и других коренных народов России, а также развязывании Чеченской войны, – Ельцин судорожно начинает искать выгодного преемника, и, в конце концов, выбирает экс-помощника Собчака, подполковника КГБ В.В. Путина, в чьи гарантии личной неприкосновенности семьи Ельцина решили поверить, в первые годы Путин пытается выглядеть противоположностью Ельцину именно по тем вопросам, которые наиболее раздражали население – вымирание, слабость государства, олигархия, но достаточно быстро стало понятно, что Путин — это абсолютное продолжение Ельцина во всём; в эти же годы происходит убийство героя чеченской войны генерала Рохлина – готовившего переворот, не допуск националистов к выборам 1999 года (единственный год, когда прохождение националистов в парламент с 1993-г года было реально по «партийным спискам»), усиление репрессивного давления на националистов, суммарно эти события приводит к тяжелому кризису в националистическом движении. Численность националистических организаций снижается до минимума, как и их сторонников на улицах, крупнейшее движение, РНЕ, разваливается на мелкие части. Националисты начинают ощущать себя в стратегическом тупике, из которого нет выхода. Последним отголоском этой эпохи (но уже после ее практического конца) являются неудачные попытки в первые годы власти В.В. Путина экс-членов РНЕ из «Русского Возрождения», Народно-патриотической партии (НДПР — запрещено в РФ) Милосердова-Родионова, и новосозданной НДПР Миронова-Севастьянова-Терехова «зарегистрировать партию и победить на выборах». Но пришли новые времена, и они стали не такими, какими были раньше.

Кинофильмы, книги, стихи, музыка, картины, характеризующие эпоху:

Фильмы – «ЧП районного масштаба» (1988), «Караул» (1989), «Бакенбарды» (1990), «Облако-рай» (1991), «ПираМММида» (2011), «Окраина» (1998), «Бык» (2019), «Брат (1)» (1997), «Чистилище» (1997), «Время танцора» (1997), «Война» (2002), «Бумер» (2003), «Живой» (2006), «Generation П» (2011), «Я тоже хочу» (2012).

Документальные фильмы: «Где поле битвы – сердце человека» (1990), «Pamjat — Bysantin soturit» («Память – Византийские воины») (1992), «Белый дом, черный дым» (2013), «РНЕ. Мы здесь – обратной дороги нет» (1995?), «Покушение на Россию» (2002).

Книги – «Память» (В. Чивилихин), «Россия и «золотой миллиард» » (А. Кузьмич), «»Память». Документы и тексты»» (сост. В. Прибыловский), «Я – русский, и делаю русское дело» (Д.Д. Васильев), «Азбука русского националиста» (А.П. Баркашов), «Истина Великой России» (Ф.Я. Шипунов), «Остров Россия. Геополитические и хронополитические работы» (В.Д. Цимбурский), «Исток нашего «демократического» режима» (О.Н. Греченевский), «Монолог» (И.В. Тальков), «Собчачье сердце», «Крестный отец питерских» (Ю.Т. Шутов), «РНЕ в Белом Доме. Воспоминания бойцов РНЕ – участников Обороны 21 сентября – 4 октября 1993-го» (сборник), «1993. Расстрел «Белого дома»» (А.В. Островский), «Мятежник» (И.В. Константинов), «Проигранные войны Юрия Беляева» (Пьер Сотрей, на фр. языке), «Россия перед Вторым пришествием» (Фомин С.В.), «Тайные силы в истории России» (Ю.К. Бегунов), «Историческое предназначение русского национализма»» (С.В. Городников), «Национал-капитализм» (А.Н. Севастьянов), «Русский национализм» (Б.С. Миронов), «Так победим!» (Ю.А. Беляев), «Мое обращение» (А.А. Сысоев), «Власть в тротиловом эквиваленте» (М.Н.Полторанин), «ФСБ взрывает Россию» (А.В. Литвиненко) – запрещена в РФ, «Путинбург» (Д.Н. Запольский).

Поэзия – «Я убит в Белом Доме» (С. Субботин), «Я убит в Белом доме» (С. Макеева), «4 ноября 1993 года» (В.В. Хатюшин), «Я убит в Белом доме на восьмом этаже» (В.С. Бушин), «Дайте мне автомат!» (С.П. Сурнин), «Светлой памяти защитников Дома Советов» (Людмила Агиенко), «Реквием-93» (Станислав Золотцев), «Право на фашизм» (М.В. Струкова), «Полковник Курткин», «Взрыв», «Унгерн», «Реакция», «Наше завтра» (А.А. Широпаев), Сборники стихотворений: «Солнце победы» (1998-2002), «Траектория взмаха» (2002-2003) — Н.C. Боголюбов; «Футурологическое», «Жаль мне тех, чья молодость попала», «Сумерки Империи», «Военный переворот» (Д.Л. Быков).

Музыка – «Скованные одной цепью» (Nautilus Pompilius), «Солдат на привале» («Чиж»), «Имя на снегу» (автор неизвестен), «Обычный автобус» (В. Тимофеев), «Живу на улице Ленина» («Ноль»), «Поезд в огне» (Б. Б. Гребенщиков), «Здорово и вечно», «Новый 37-й» («Гражданская оборона»), «Перемен» (В.Р.Цой), «Красное на черном» («Алиса»), «КПСС», «Совки», «Господин президент», «Стоп, думаю себе», «Метаморфоза-2», «Чистые пруды — 2», «Родина моя», «Глобус», «Бал сатаны» (И.В. Тальков), «Деревянные церкви Руси» («Черный кофе»), «А ты не летчик» («Анка»), «СССР печатает талоны» (М.Ю. Трошин), «Гуляй, мужик!», «Подкуп», («Сектор газа»), «Средь горящих Бендер», «Баллада о Бендерском батальоне», «Тамо далеко», «Югославия», «Нет, в Пале давно уж…», «Я не погиб в горящем Белом Доме», «Песня о последнем бое», «Россия ждет нашу волю», «Нас снова бросают в сырые застенки», «На баррикадах» (А.Э. Крылов), «Победа», «Харакири» («Гражданская Оборона»), «Убитый первым выстрелом» (Л.В. Ефремов, «Молот Родины»), «Мы не вышли с тобой из горящего Белого Ада» (А. Пшеничный, А. Беляев, «Молот Родины»), «Защитникам Дома Советов», «Не забывайте этот дым» (А. А. Харчиков), «Холодный октябрь (1993 года)» («МДП»), «Священная кровь октября» («Хук справа»), «Москва-1993» (Наталья Медведева), «Империя» («Бахыт-Компот»), «С войны» («Чайф»), «Снайперша 16-ти лет» («Сержант Агапов»), «Чечня в огне» (Ю. Черданцев), «Русь» (С. Паради), «Конь» (А. Шаганов), «Мы – русские, а русские – не сдаются», «Мой генерал» (И. Баранов), «Памяти Игоря Талькова», «Мы – русские», «За присягу (Памяти Юрия Буданова)» (Л.В. Корнилов), «Масоны», «Россия» (В. Петеримов), «Друг» (В. Петеримов), «Синеокая девочка Русь» (С. Попов), «Андреевский флаг» (В. Цыганова), «Прощание славянки» (Т.Ю. Петрова, муз. В.И. Агапкин), «Коловрат на рукаве» («Лабарум»), «Право на фашизм», «Черные рубашки», «За белое дело», «Россия зовёт меня» (В. Порываев), «Да будет так!», «Русские идут!» (А.В. Мосолов), Гимн РНЕ, «Югославия» («Тату»), «Россия ждет твою волю!», «Нам нужен меч» (А.А. Харчиков), «Родина», «Опричник», «Веселая славянофильская», «Всемирное государство», «О разжигании», «Китеж», «Дороги свободы» (А. Непомнящий), «Я устал от призывов», «Если ты — русский, выбирай свою цель!» (А.Э. Крылов), «Сахар и Гексоген» и альбомы группы “Коловрат”: «Национальная революция», «Кровь патриотов».

! Пожалуйста, прежде чем публиковать ту или иную песню, или стихотворение, или книгу, или текст- проверьте, не запрещён ли этот материал на территории Российской Федерации (список запрещённых материалов Министерства юстиции). Не распространяйте запрещённые материалы, а также материалы, содержащие радикальные призывы, не подвергайте опасности себя и своих близких!

Картины: